Рейтинг публикаций

Авимелех пришёл в дом отца, «убил братьев своих, сыновей Иерубаала, семьдесят человек на камне одном, остался Иотам сын Иерубаала, младший, он спрятался». О захвате власти, воцарении сына наложницы сообщают сыну Гидона...

Не было ощущения чего-то аморального или внутреннего разлада в том, что все так быстро и просто определилось.

Можно сказать, мы проживаем две жизни: первая – с рождения до восемнадцати лет, всё что происходит с нами в этот период огромно и незабываемо, любой самый обыденный случай вырастает до эпических масштабов, мы живём так интенсивно, что один день из этого периода равен годам из второй жизни, которая начинается после восемнадцати и длится до самой смерти.

...если различие между отдельными вещами сводится исключительно к различию в степени, то отсюда необходимо следует, что в субстанциальном отношении между ними имеет место полная однородность, следовательно, различие между отдельными вещами лишь феноменально, тогда как их субстанция сама по себе одна и та же.

Какая нелепая жизнь…

Никакой жалости к себе и окружающему, но – словесная живопись, ибо мир важнее тебя. Кем бы ты ни был.

Любой фантом, с которым ты воюешь или, наоборот, к которому ты стремишься всей душой, есть лишь ловушка осознания, удвоение мира, оживляемый тобой самим феномен, твое же прошлое, которое ты помещаешь перед собой или впереди себя и которое будет довлеть над тобой до тех пор, пока ты сам вкладываешь в него свои силы. Для философа таким фантомом является фантом сознания.

...если искать первоисточники этой прозы, то мнения читающей публики, безусловно, разделятся. Одни, более умудренные в воскресном чтиве, укажут на какую-нибудь «Жизнь и ловлю пресноводных рыб» (...) другие покосятся на Пришвина с Лесковым, а третьи будут бить себя в грудь Сорокиным.

Можем ли мы понять эту логику глобального политического рефлюкса к коллективной смерти? Способно ли мышление осознать будущую границу, за которую человечество переступить не сможет, поскольку его, человечества, там уже не будет? Бытие-к-смерти человека должны ли мы заменить бытием-к-коллективной-смерти?
На эти вопросы мы должны найти ответы, пока на это у нас есть ещё немного времени.

...Никакой зауми. ...От врождённой ли скромности? Нет. Просто авторы не знают. Не в курсе. Не замечены и не привлекались. Дело швах: не читали, не прошли посвящение, с тайным знанием не знакомы. Оттого, строго по Канту, они щиплют за задницу реальность, данную им в ощущениях, дуют на неё, на воздухе проветривают. Они понимают всю невозможность выразить герметичность «вещи в себе», а потому следуют линией наименьшего сопротивления, то есть, находят грустным героям, где портвейна бутылку, а где и водочки – и, глядишь, дело то пошло! Задвигались герои, зарозовели (а девушки – зарделись, потому что они студентки отделения восточных языков и изучают сансткрит).

Определить отличие представителей властных структур от криминалитета порой довольно затруднительно, особенно в тех случаях, когда первые принимаются обманывать, грабить и уничтожать собственное население. Тем не менее, первые представляют в основном управляющие структуры, а вторые являются изгоями.

Они объединены в книге «Зима» - прозой, стихами, письмами, воспоминаниями: словесным миром, выстраивающим ретроспекцию, показанную с такой лирической силой, что слова не подвержены ветшанию, угасанию, распаду…